Колесо КАМАЗа аккурат на уровне моего плеча. Там, на высоте, в россыпи приборов и хитросплетении каркаса безопасности сидит пилот в подшлемнике. Царь Дакара Владимир Чагин.
Взбираюсь по ступенькам, чувствуя себя Юттой Кляйншмидт. Никак не меньше.
Ложемент —старинное слово, уцелевшее с обороны Севастополя времен Льва Толстого. Были ложементы орудийные и минные, а теперь они авиационные и автоспортивные. Уклонившись от труб каркаса, помещаю себя на жесткий ложемент сиденья механика. Защелкнут шеститочечный ремень. Подключено переговорное устройство. Ноги —в пол, руки —к поручню на приборке. Рация молчит, команды на старт еще не было, но Чагин уже в шлеме...
Семен Семенович Якубов: "Дакар мы используем как тренировку к следующему Дакару. На этот раз Чагин тоже проводил испытания нового автомобиля. На нем не каждый пилот сможет ехать, по крайней мере, молодые спортсмены к этому не готовы..."
В это же время. На следующий день
Слева —река Кама, справа —завод КАМАЗ, посередине —полумиллионный автоград. Набережные Челны —второй по масштабам город Татарстана. Беру такси: "Мне в НТЦ". Таксист зрит в корень: "В НТЦ или в КАМАЗ - Мастер?" —"В команду". —"Говорят, вчера тест - драйв был, сам Чагин ездил?"
Киваю. "Вы видели?! Как он?!" —таксист, забывая про руль, поворачивается ко мне. "Царь... Просто царь...", —говорю как можно спокойнее и ненавязчиво тянусь к рулю. "Посмотреть бы разок", —мечтательно вздыхает таксист.
Мне неловко признаться, что я не просто видела. Я сидела в машине Чагина, когда он вел ее на взлет. Наверное, по его понятиям бережно и не спеша. Только Юттой Кляйншмидт я в это самое время себя уже не чувствовала. Ощущения были гораздо сильнее и необычнее. Попробую их описать на примере схемы патрона с пулей. Так вот, пилот Чагин значится под цифрой 2, а я, как вы уже догадались, выступаю под номером 4.
Самолет ремонтируют на глазах изумленной публики. Следующий рейс этой же авиакомпании —в понедельник, а сегодня —суббота.
На лице иностранных партнеров аршинными буквами прописана напряженная работа мысли. Они силятся понять, почему у нас в России летают грузовики, но не летают самолеты...